Потерпевший / Марина Орлова
И снова — о них! О рыцарях на конях и в латах, о дамах в золотых венцах и тоже на конях… и об их потомках, которые давно сменили коней на авто, а латы — на твид. Но в душе они все те же…
И снова — о них! О рыцарях на конях и в латах, о дамах в золотых венцах и тоже на конях… и об их потомках, которые давно сменили коней на авто, а латы — на твид. Но в душе они все те же…
— Знаете, где она? — я застываю на месте, затаив дыхание. Прошла уже неделя с того дня, как бесследно исчезла Мэриан. Впервые за все это время мне удалось ухватиться за ниточку. Но стоило ли тянуть именно за эту? — Знаю, — отзывается он, восседая в кресле с глумливой ухмылкой, словно на троне. — А что…
— Маша, ты совсем… рехнулась? Какая дочь?! Какая розетка?! Какая работа?! Я тебя два года не видел! — опомнился горе-папаша. — Год и три месяца, вообще-то. — фыркнула, принявшись стаскивать отдавивший плечи рюкзак. — Врунишка. Знакомься, это твоя дочь. Викой назвала. Ей скоро пять месяцев исполнится, Мажор. И она твоя, как бы сильно ты этого…
Вика потрясенно смотрела, как вульгарная брюнетка из бара лупила Владлена сумочкой и кричала на весь съемочный павильон: — Заделал мне ребенка, а потом решил смыться?! Думал, я тебя на студии не найду? За охрану спрятался, поганый актеришка. Или ты и здесь себе девку присмотрел?! Брюнетка обвела злыми глазами съемочную группу, но не поняла, с кем…
Я становлюсь твердым с того момента, как ты входишь в дверь. Каждую секунду дня хочу тебя, и ни черта не могу с этим поделать. Любое твое движение, ядовитые и полные ненависти улыбки, саркастичные замечания, слетающие с твоих губ… Ты воспламеняешь мою кровь. Я хочу тебя так сильно, что становится трудно дышать. Не в силах дальше…
Я выросла в детдоме. Шесть возвратов – шесть ударов по вере в людей. Но я не сломалась. Решила: если не получилось быть идеальной дочерью, стану идеальной женой. Нашла своего мужчину, обрела опору… Думала, худшее позади. Пока не появился ОН. Один его взгляд – и внутри страх сплетается с запретным огнем. Он может разрушить все. Но…
«Чего ты хочешь?» — спросил он, впервые за всю историю кафедры согласившись быть научным руководителем. Для неё. Она — студентка, наивная и пухлая девчушка с веснушками, которая прокрастинирует учёбу и мечтает, чтобы экзамены как-нибудь сами собой рассосались. Он — ледяной великан, преподаватель судебной психологии, чьё имя студенты произносят шёпотом. Говорят, он работал с настоящими убийцами….